Статьи и Доклады

Глобальные и региональные факторы безопасности российского общества

on Четверг, 29 Октябрь 2015. Posted in Статьи и Доклады

Юнусов А. М.Глобальные и региональные факторы безопасности российского общества // Региональная социология в России: Сборник материалов социологических исследований. Институт социологии РАН. – М.: Экслибрис-Пресс, 2007. С.435 – 473.

Постановка проблемы

      В современных условиях становится весьма актуальным сохранение всеобщей устойчивости и гармонии в мировом сообществе, укрепление суверенитета независимых государств, их безопасности и стабильности, а также решение раз­личного рода региональных проблем. Сейчас в мире нет ни одного государства, которое при проведении своей внутренней и внешней политики не учитывало бы необходимости сохранения и укрепления всеобщего мира, не придавало бы решающего значения работе по выявлению, предупреждению, ослаблению,  устранению и отражению опасностей и угроз на различных уровнях – глобальном,  региональном, национальном. Ситуация в настоящее время складывается таким образом, что большинство людей считает, что в современном мире жить стало небезопасно, а порой просто страшно. Таким же чувствам тревоги за свою безопасность подвержено большинство россиян. Выявлена тенденция неудовлетворен­ности граждан Российской Федерации положением дел в этой сфере.1

Следует отметить, что в последние  десятилетия ситуация   вокруг безо­пасности России изменилась коренным образом. Старые угрозы исчезли, а их место заняли новые, иногда более опасные. Это требует нового осмысления глобальных и региональных факторов безопасности для дальнейшего развития Российской  Федерации. Обеспечение безопасности России становится важнейшей общенациональной задачей. Поэтому,  как нам представляется, безопасность должна быть главной, ключевой проблемой в осуществлении не только внутренней и внешней политики, но и в целом в определении полно­масштабной стратегии по реформированию российского многонационального общества. На сегодняшний день важной является работа по оценке потенциальных и реальных угроз безопасности, стабильности и устой­чивости развития России. В этих целях необходимо вести постоянные систем­ные исследования проблем обеспечения безопасности Российской Федерации по таким основным направлениям как: военная; экономическая, финансовая, со­циальная; продовольственная; информационная; экологическая; духовная безопасность и т.д. При этом особое внимание уделить вопросам  эффективного противодействия проявлениям терроризма, организованной преступности и коррупции как опасным негативным социальным явлениям, имеющим место в российском обществе.

При этом важно учитывать как общефедеральные, так и региональные особенности проблемы безопасности, постоянно вести мониторинг угроз, рисков и опасностей по всей стране и по каждому региону и на этой основе создавать модели патогенно опасных зон.   На наш взгляд, только при таком комплексном подходе в изучении безопасности можно решить и найти ответы на  три главных вопроса, от ответа, на которые зависит будущее 

Глобальный терроризм на постсоветском пространстве

on Понедельник, 26 Октябрь 2015. Posted in Статьи и Доклады

Глобальный терроризм на постсоветском пространстве

 Юнусов А. М. Глобальный терроризм на постсоветском пространстве // Глобализация и терроризм: противоречия и угрозы ХХIвека. Статьи и доклады Международной конференции. Москва, 13-15 мая 2008 г. РГГУ. Москва 2008. С. 11-20.

      В век глобализации терроризм как сложное конфликтное социальное явление требует к себе особого внимания в виду того, что от его проявлений страдают все страны – как развитые, так и развивающиеся, большие и маленькие. Терроризм, и особенно международный, в условиях глобализации превратился чуть ли не  в главный вызов ХХI века. Терроризм  после сентябрьских  событий 2001года в США, и  в Беслане в 2004 году воспринимается во всем мире как общая беда, с которой необходимо вести беспощадную и бескомпромиссную борьбу. Поэтому изучение современных процессов развития глобализации и терроризма как факторов подрыва международной безопасности имеет принципиальное теоретическое и практическое значение.

     Современная международная практика показывает, что между глобализацией и терроризмом существует всесторонняя и прямая генетическая взаимосвязь1. Глобализационные процессы не только провоцируют, но и инициируют террористические действия, вызывая тем самым в жизни общества опасные и губительные для всего мирового сообщества тенденции, деструктивно сказывающиеся на безопасности как отдельно взятой личности, так и общества, и человечества в целом. Стало очевидным, что невиданный размах терроризма по всему миру и нарушение устойчивого, стабильного развития народов, расширение угроз национальной, региональной и международной безопасности есть прямой результат и продукт  процессов развития глобализации. Так, например, академик Е.М. Примаков считает, что в современных условиях «Создается прямая угроза того, что международный терроризм использует в своих интересах такие объективные процессы мирового развития, как глобализация и научно-технический прогресс».2

         Из сказанного можно сделать вывод,  что феномен терроризма наряду с традиционными, «классическими», формами стал приобретать новые. Последний не только изменил и расширил характеристики традицион­ного политического терроризма, но и показал, что, по существу, началась но­вая мировая война, без ясных фронтов, объектов, целей и правил.Он становится все более разрушительным, происходит его «глобализация», значи­тельно увеличилось число террористических актов и их жертв. Терро­ризм выдвигается в ряд доминантных факторов дестабилизации политической ситуации в ряде регионов. Взять хотя бы сравнительно недавние террористические проявления на постсоветском пространстве:  в России (1999-2004гг.), Узбекистане, Кыргызстане (1999г., 2000г., 2005г.), Таджикистане,  Дагестане, Чеченской Республике и т. д.

         При этом возникает качественно новая ситуация, при которой терроризм оказывается одной из главных угроз всей системе международной безопасности. По справедливому замечанию профессора В.С. Пирумова: «Мы оказались перед лицом общего для всех нас вра­га, жестокость, беспощадность и аморальность поведения которого имеет мало аналогов в истории человечества. Стало очевидным, что эффективная борьба с терроризмом приобретает все более важное значение как необходимое условие обеспечения глобальной безопасности нашей ци­вилизации. Также стало ясно, что задачу противодействия терроризму можно решать лишь при условии создания всеобъемлющей системы мер»3.

        Современный характер глобализации и социальных изменений, связанных с ней, совершенно по-новому ставит задачи по обеспечению безопасности на всем постсоветском пространстве. Становится очевидным факт, когда за развивающейся глобализацией все чаще и чаще тянется шлейф социального негатива в виде экстремизма, терроризма, региональных конфликтов и т.д. Это свидетельствует о том, что в современную эпоху коли­чество серьезных проблем, стоящих перед челове­чеством, не только увеличилось, но и качественно изменилось по сравнению с веком минувшим. Мир продолжает быстро меняться, и мировое сообщество зачастую не в состоянии понять или с достаточной степенью до­стоверности предсказать проблемы, с которыми ему придется столкнуться в ближайшем будущем.

     Одной из таких проблем, с которой в условиях глобализации  столкнулось мировое сообщество,и является международный терроризм. Отдельные исследователи, имея в виду страшный, хищнический  характер современного терроризма нередко определяют его как международный военно-политический бандитизм. Все это говорит о том, что пока не определен подход к такому специфическому явлению, как «международный терроризм».

          В России, например, к нему зачастую относят все многообразие террористических групп на земном шаре, тогда как в западной литературе – лишь ту их разновидность, которая представлена международными организациями, имеющими некий единый центр и сеть ячеек в разных странах мира, действующих по единому замыслу или иным образом координирующих свою активность.  В этом смысле интересные мысли высказывает Кэрен Ларсон,профессор колледжа им. Густава Адольфа (США), советник ЦРУ, ФБР и Министерства  внутренней безопасности по вопросам борьбы с терроризмом. Он отмечает:«Терроризм угрожает глобальному порядку не просто потому, что несет с собой насилие. Он подрывает саму структуру глобаль­ного порядка, в котором на протяжении столетий главным субъ­ектом выступали национальные государства. Благодаря террориз­му различные группы – лоббистские, религиозные, этнические и пр. – получили возможность бросить вызов государству. С точки зрения национального государства все террористы в той или иной степени связаны между собой, словно многочисленные отростки виноградной лозыИ вызовом для каждого государства является вся «лоза», даже если непосредственным источником нападений служит один«отросток»4.         

         Данное утверждение указывает на то, что крайне слабо осмыслены механизмы распространения терро­ристической активности в мире, не определено соотношение эконо­мических, социальных, культурно-психологических и других факто­ров «экспорта терроризма».  В связи со сказанным заслуживают особого внимания суждения  А.А.Григорьева, который справедливо отмечает, что в условиях   глобализации терроризм характеризуется специфическими особенностями, влияющими  на: 1. усиление  социального неравенства и обострение международных противоречий; 2. превращение терроризма  в транснациональный терроризм; 3. тесную взаимосвязь терроризма с организованной преступностью; 4. техническое  оснащение террористов современными видами оружия и снаряжения; 5. конспиративную поддержку со стороны  государств и т.д5.

         Однако, следует признать, что в отечественной и зарубежной  практике  в последние годы активно ведутся исследовательские работы по определению институциональных, концептуальных, нормативно-правовых и управленческих составляющих в механизмах борьбы с терроризмом.6 Проявляют себя тенденции, инициирующие стремление к проведению междисциплинарных дискуссий7, соединение теоретических разработок с данными эмпирических исследований  по многим проблемам безопасности и терроризма8. Позитивным является то, что в результате преодолевается разрыв между научными изысканиями  и  практикой.

      Большинство исследователей, чьи научные работы  приводятся в настоящей статье указывают на то, что главный упор в противодействии терроризму необходимо делать на его предупреждении, профилактике9. Причем подчеркивают, что предупреждение терроризма необходимо осуществлять на базе  совместных действий всех государственных органов при поддержке институтов гражданского общества, науки и бизнеса. Более того,  в новых условиях нужны новые правила взаимодействия между властью, наукой и бизнесом, позволяющие установить партнерские отношения в решении общей задачи  по противодействию терроризма, без которых эта работа будет малоэффективной и не даст ожидаемых результатов.

       Кроме этого большинство авторов считают, что  при разработке стратегии противодействия терроризму необходимо дальнейшее  развитие законодательной базы, совершенствование международно-правовых норм взаимодействия в борьбе с терроризмом, проведение совместных антитеррористических мероприятий, широкий обмен технологиями и опытом производства и применения технических и боевых средств физической защиты для противодействия терроризму, изучение различных моделей антитеррористической деятельности, нацеленной на предупреждение, пресечение и смягчение его последствий, обеспечение единства действий в международном, межгосударственном и государственном масштабах.   Так, по мнению          известного французского финансиста и политика, бывшего председателя Европейской комиссии (1985-1995гг.) Жака Делора  «глобализация несет с собой немало проблем. Мы должны стремиться более эффективно регулировать глобализационные процессы, что в целом означает лучшее мировое управление»10.   

      Таким образом, практическое применение вышеназванных принципиальных позиций может служить надежным механизмом в борьбе с международным терроризмом.  Поэтому  необходимо  их развивать и научиться способности всесторонне и стратегически воспри­нимать угрозы современного терроризма, с которыми  сталкиваются государства-участники Содружества Независимых Государств. 

      Исходя из того,  что бороться с терроризмом локально нельзя, считаем чрезвычайно важным принятие комплексных мер по противодействию  терроризму в СНГ на основе модельных законов (как в пределах международных, так и в пределах СНГ). Причем нужно провести унификацию законодательства по борьбе с терроризмом, ибо законов становится больше, но порядка  и законности меньше. Поэтому важное значение имеют вопросы   правоприменительной практики, ужесточения мер за совершаемые террористические действия.  Особого внимания требуют вопросы, связанные  с проявлениями  террористической агрессии на объектах транспорта, особенно террористических актов на воздушном и железнодорожном транспорте. Актуальными являются вопросы, связанные с созданием современных информационных систем безопасности на транспорте.    

        Таким образом, остаются весьма значимыми проблемы дальнейшего совершенствования  правовых механизмов организации борьбы с терроризмом на пространстве СНГ, а также информационно-аналитическая деятельность по обеспечению компетентных органов Содружества необходимыми данными о международных террористических группировках, подготовки и проведения совместных антитеррористических учений. Большая, ответственная и благородная роль в работе по указанным направлениям  отводится Антитеррористическому Центру СНГ. Так, в поздравительном  послании в связи с пятилетием этой организацииПредседатель Совета глав государств Содружества Независимых Государств, президент Российской Федерации В.В.Путин отмечал, что «Деятельность Центра способствует успешной реализации программ государств – участников СНГ по борьбе с международным терроризмом и иными формами экстремизма, формированию эффективных механизмов совместного противодействия этим глобальным угрозам»11.

      Следует также отметить большую роль ОДКБ (Организации Договора о коллективной безопасности), Шанхайской Организации Сотрудничества (ШОС) и Международного центра по антитерроризму в борьбе с глобальным терроризмом.  Что касается последнего, то следует подчеркнуть, что предложение о его создании было внесено на первой Международной антитеррористической конференции в Эль-Рияде (Саудовская Аравия) в феврале  2005 года, с участием специалистов более чем из 50 государств и ведущих международных организаций из Европы, Америки, Африки, Азии, Арабского Мира 12.

            В заключение, говоря о глобализации в целом, хотелось бы подчеркнуть, что она, проявляя себя в трех видах: экономической, культурной и политической, в каждой из них ставит острые и трудноразрешимые проблемы. Однако самое главное –          глобализация ухудшает условия жизни малообеспеченных слоев населения, углубляет структурное неравенство, при котором половина населения мира живет за чертой бедности. По-видимому, именно эти идеи побудили португальского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе за 1998 год Жозе Сарамагу высказать следующее: «на вопрос, почему я выступаю на стороне антиглобалистских  движений, можно дать простой и ясный ответ: потому что мне не нравится тот международный порядок, который ускоренными темпами формируется на нашей планете»13, в результате которого «сегодня в мире больше несчастья, чем когда бы то ни было».14    

       Следовательно, когда речь заходит о глобализации, важно знать: в чьих интересах она осуществляется? Если в интересах абсолютного большинства населения – это благо, а если в интересах неправедного обогащения все более узкого круга олигархов, то эта беда. 

          Другим важным выводом, который вытекает из сказанного заключается в том, что  процесс глобализации не способствует  устойчивому и безопасному развитию современного мирового сообщества  и инициирует международный терроризм.

   Таким образом,  исходя из изложенного, можно сделать следующие  обобщения и заключения.

        Первое. Современный террроризм – это глобальный терроризм и его следует рассматривать прежде всего как крайнюю форму геополитического, геоэкономического и идеологического глобального конфликта в современном мире, обусловленного процессами глобализации.

       Второе. Увеличивающиеся вызовы глобального терроризма должна быть встречены гибкими, многогранными ответами, эффективно использующими все преимущества глобализации. 

       Третье.  Международный терроризм должен быть одновременно побежден и на международном, и на национальном уровнях, для чего необходима разработка и использование долгосрочных и краткосрочных стратегий и эффективной тактики.

        Четвертое  Терроризм – явление системное, зарождающееся и развивающееся внутри общества как патологическое образование и результат дисфункции глобализирующегося  общества.Учитывая это обстоятельство, эффективная борьба с терроризмом во многом зависит от эффективного контроля над современными процессами глобализации.

        Пятое. Человечество должно изменить направленность глобализации и заставить ее работать на благо всего человечества. Она должна служить всем народам мира, а не только странам «золотого миллиарда».  

            Шестое. Осуществлять постоянный мониторинг и стратегический анализ на всем постсоветском пространстве причин и факторов, влияющих на безопасность, стабильность и устойчивое развитие стран-участниц СНГ в условиях глобализации. Усилия должны быть направлены на определение приоритетных направлений интеграции, как в рамках СНГ, так и в целом мирового сообщества в условиях вероятных изменений геоэкономической и геополитической  ситуации в мире.

      Седьмое. Наступление терроризма в России и активное его проявление в ряде регионов СНГ требует разработки новых  комплексных нормативно-правовых документов  по предотвращению и профилактике террористической деятельности на всем постсоветском пространстве. Проблему противодействия терроризму в СНГ и борьбу с ним следует рассматривать как важнейшую межгосударственную задачу. В этих целях шире и активнее использовать имеющийся опыт таких международных организаций  как:  АТЦ СНГ, ОДКБ, ШОС и др.

      Примечания

1. Зотов О.В. Глобализация и международный  терроризм: генетическое родство // Терроризм – угроза человечеству в ХХI веке. М.: Институт востоковедения РАН. Издательство « Крафт+». 2003. С. 36-48.

  1. Шакал и феникс // Россия в глобальной политике. Том .2. №5. Сенябрь-Октябрь. 2004. С.37.
  2. В.Е. Петрищев. Заметки о терроризме. М.: Эдиториал. УРСС. 2001; Глобализация терроризма и проблемы борьбы с ним // Международный терроризм: истоки и противодействие: Материалы международной научно-практической конференции 18-19 апреля 2001 года. Сб. статей – СПб: Секретариат Совета Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ, 2001; Социальные и психологические проблемы борьбы с международным терроризмом». М.: Наука. 2002;Терроризм в современном мире: истоки, сущность, направления и угрозы. М.: 2003; Иванов Игорь. Международная безопасность в эпоху глобализации //Рос­сия в глобальной политике. Том. I. № 1. Январь – Март. 2003; Игнатьев А.А. Чего не хватает и что необходимо для повышения эффективности борьбы с терроризмом  «Международный терроризм в СНГ.  М.: 2003;  Борьба с терроризмом.– М.: Наука. 2004; Гражданский контроль национальной политики безопасности: опыт  стран СНГ. Сборник. М.: ФРПЦ. 2004; Терроризм и религия – М.: Наука. 2005; Куликов Анатолий, Гольцов Владимир.  Направления развития государственной системы противодействия терроризму в России и международный опыт (США) // Вестник аналитики № 4 (22). 2005; Юнусов А.М. Феномен терроризма как  проявление системного  конфликта в обществе // «Антитеррор: комплексный подход». М.: Антитеррористический центр СНГ. 2006; Он же. Актуальные вопросы противодействия современным террористическим угрозам // «Антитеррор: комплексный подход». М.: Антитеррористичесский центр СНГ. 2006; Он же. О так называемом «исламском терроризме» // «Антитеррор: комплексный подход». М.: Антитеррористический центр СНГ. 2007; Глобализация и терроризм – угроза безопасности общества // Россия: Тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 2. М.: 2007;  Глобальные и региональные факторы безопасности российского общества // Региональная социология в  России. М.: Экслибрис – Пресс. Институт социологии РАН.  2007.  С.435-473.

В числе работ изданных за рубежом можно назвать следующие публикации: Джон П. Лидерах. «Переосмысление террора с точки зрения разрешения конфликтов». // Конфликтология: теория и практика разрешения. Опыт зарубежных исследований  в 3 т. Т.1. – Алматы, 2002; У. Лакер. «Новый терроризм. Фанатизм и оружие массового уничтожения». (Реферат на книгу). См.: журнал «США – Канада: экономика, политика, культура. 2002.№ 3; Ф.Ф. Толипов. Испытание геополитики терроризмом и антитерроризмом  // США – Канада: экономика, политика, культура». 2002. №3; Хоффман Стэнли. Столкновение глобализаций // Как сделать мир пригодным для жизни. Россия в глобальной политике. Том 1. Январь-Март. 2003;  М.К.Асанбеков. Международный терроризм в центрально-азиатских странах // Социологические исследования. 2005.№ 9; Проданов В. Глобализация как фактор десинхронизации, дифференциации, регионализации (социально-экономический аспект) // Социальные конфликты в контексте процессов глобализации и регионализации. М.: ЛЕНАНД. 2005;  Цанов И.Ц. Проблема безопасности управленческих решений в контексте современной глобализации // Социальные конфликты в контексте процессов глобализации и регионализации. М.: ЛЕНАНД. 2005; Мерари Ариэль. Терроризм как стратегия борьбы: прошлое и будущее // Прогнозис. Журнал о будущем. Номер 1(5). 2006.  

8. См.:  Левашов В.К.  «Безопасность и терроризм» //  Социологические исследования. 2005. №7; Пузиков В.Г., Тимофеев А.Ф. «Международное сотрудничество – альтернатива международному терроризму?» (Итоги  опроса). // Социологические исследования. 2004. №1; Горшков М.К. Террор инкогнито. Россияне думают, что страшную угрозу можно искоренить. Но не знают как». // Российская газета. 24 мая 2006; Его комментарии. «Недопустимые потери. Люди не намерены оправдывать террористов». // Российская газета. 24 мая 2006; Е. Шапошников Е. «Чего мы боимся? Как  избавиться от страха». // Аргументы и факты. 2006. № 12  и  др.

9. См.: Петрищев В.Е. Современный терроризм в контексте конфликтологии // Конфликтология. 2005. № 1.

 

I. № 1. Январь-Март. 2003. С.176.

                                                                                            РГГУ 14.04. 08

Противодействие экстремизму и обеспечение социальной безопасности

on Четверг, 29 Октябрь 2015. Posted in Статьи и Доклады

А.М. Юнусов. Противодействие экстремизму и обеспечение социальной безопасности // Экстремизм и национальный вопрос в России /материалы международного научно-практического семинара/ Комитет Государственной Думы Российской Федерации по безопасности, НО «Национальный Антикриминальный и Антитеррористический Фонд». М.:   «Издательство НААФ», 2009. С.130-140.

  

    Рост экстремизма в современной России представляет серьезную угрозу стабильности, устойчивости и безопасности российского. Поэтому в нашем многонациональном и поликонфессиональном обществе идет настойчивый поиск новых и эффек­тивных мер противодействия экстремизму.

     Примером сказанному может служить проведенный 22 апреля 2009 г. Общественной палатой Российской Федерации форума «За гражданское согласие – против нетерпимости и экстремизма». В работе форума приняли участие видные общественные деятели, ученые, представители национальных, этнокультурных и молодежных организаций, органов государственной власти и местного самоуправления. В рекомендациях форума справедливо отмечается, что «нетерпимость, экстремизм и основанное на  них насилие представляет угрозу для мирной жизни российского общества и его развития, подрывают принципы демократии и приводят к нарушению прав человека, … в  российском обществе существуют разные формы нетерпимости и экстремизма, которые имеют негативную динамику в современных условиях. Число насильственных преступлений на почве ненависти, несмотря на заметную активизацию правоохранительных органов, не уменьшается. Они становятся более жестокими и опасными».

       Приведенные констатации форума указывают на высокую востребованность научной разработки проблем противодействия экстремистским проявлениям в России. Во весь рост встаёт необходимость всестороннего и глубокого изучения условий возникновения и закономерностей развития экстремизма в ХХI веке,  степени его влияния на процессы развития гражданского общества, государственные структуры, и социально-политическую обстановку в стране в целом.

         В связи с этим следует подчеркнуть, что перед научной общественностью и всеми, кто занимается вопросами противодействия различным формам экстремизма стоят большие и ответственные задачи по нахождению эффективных механизмов в борьбе с этим социальным злом и минимизации его последствий. Нам представляется, что проведение специальных исследований по проблемам  экстремизма имеет значение не только для обеспечения государственной безопасности и сохранения социально-политической стабильности в стране, но и выживания демократического пути развития Российской Федерации как такового. Здесь также хотелось бы отметить обеспокоенность,  высказанную Московским Бюро по правам человека. В подготовленной этой правозащитной организацией аналитическом докладе в виде отдельной книги отмечается, «что в России осуждение идей национализма и ксенофобии пока не получило широкого распространения. Не существует единого фронта, в рамках которого здоровые силы общества объединились бы против этого опаснейшего явления. За последние 10-15 лет неоднократно предпринимались попытки сплотить известных политиков, ученых, деятелей культуры и искусства в коалицию, которая поставила бы заслон распространению ненависти и вражды в нашей стране, однако эти инициативы не получили сколько-нибудь заметного продолжения».В ней  же мы находим  сведения о нападениях и убийствах  людей на почве национальной ненависти и вражды. Приводятся такие  фактические данные: «за период с января по 30 декабря 2008 г. было зафиксировано не менее 293 нападений на почве ксенофобии, итогом которых стали 122 погибших и не менее 380 пострадавших». Следует подчеркнуть, что ситуация в обществе и впрямь сложная и тревожная. На мой взгляд, в этом вопросе она близка к критической. Поэтому не следует испытывать пока еще пассивное терпение большинства российских граждан к этому сугубо негативному социальному явлению, а принимать самые решительные и жесткие меры по искоренению проявлений ксенофобии, национализма, терроризма и иных форм экстремизма.

          К этому нас призывают и высшие руководители страны. В своих выступлениях Президент России Д.А.Медведев и Председатель правительства В.В.Путин постоянно подчеркивают о необходимости усиления внимания борьбе с экстремизмом и национализмом, решительным образом пресекать любые формы ксенофобии, расизма и антисемитизма.  Так, например, 6 сентября 2009 года принят Указ Президента России о создании в МВД РФ подразделений по противодействию экстремизму и обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите, на основе подразделений по борьбе с организованной преступностью и противодействию экстремизму.

          Однако считаю, что не следует поддаваться социальным иллюзиям и представлениям, что проблемы, связанные с проявлениями экстремизма в российском обществе можно решить достаточно быстро радикальными методами. Чтобы победить этот социальный  недуг, или хотя бы минимизировать опасность экстремистских проявлений, одних административных и силовых усилий недостаточно.

         Первостепенное значение здесь должно уделяться процессам образования, обучения и воспитания через все государственные и общественные организации российского общества. Причем образование и обучение должно основываться на получение знаний о со­циальной природе экстремизме и таких его проявлениях как ксенофобия, национализм, терроризм и т.д. в полном согласии с теоретическимизнаниями. Наши познания в этой области должны опираться на фундаментальную науку, а она, как известно, учит рациональному познанию и мышлению.Именно рациональное познание является неотъемлемой частью всех знаний.

         Таким образом, тема современного экстремизма – это тема, которая вызывает не только теоретический инте­рес, но и вполне практическую потребность разобраться в социальной сущности этого явления, в его ха­рактерных чертах и конкретных особенностях, ибо    современная Россия оказалась перед лицом вызова со стороны идеологии и практики экстремизма. И это в условиях, когда в стране нет системы идей, идеологии, которая сплотила бы общество. Поэтому очень важно не оказаться экстреми­стом не по своей воле.

        Социально-гнесеологические основы  понимания экстремизма

     Феномен «экстремизм» является одним из древнейших социальных  явлений человечества  и известен  как форма  дав­ления на человека и общество, и средство, дающая возможность для приобретения определенных материальных  и иных преимуществ, а также достижения заветной целей любыми путями.

       Экстремизм (от лат extremus - крайний) в самом общем виде характеризуется как при­верженность к крайним взглядам и действи­ям, радикально отрицающим существующие в обществе нормы и правила. Следовательно, под экс­тремизмом можно понимать стремление решать проблемы путем, выходящим за рамки, установленные демократией, как правило, с применением насилия.

       Следует отметить, что в литературе принято экстрмизм рассматирвать как правый и левый. Правый экстремизм ори­ентируется на национальные ценности, доводя их до абсолюта и противопоставляя свою нацию другим нациям. Для экстремизма этого толка характерна опора на национальные политические доктрины, идеи национальных деятелей прошлого и т.д. Правый экстремизм активизируется на непродолжительное время, в периоды наибольшей угрозы со стороны левых сил. Особенно это наглядно проявляется в действиях националистически хулиганствующих молодежных группировок. В отличие от обычных групп подрост­ков, совершающих противоправные дей­ствия в виде хулиганства или вандализма с одной лишь «развлекательной» целью, несколько отдельно стоит экстремистски настроенная молодежь, получившая название «скинхеды», которая осуществляет схожие по форме выше приведенные действия,  но уже, связывая их с определенной идеологией. Но вместе с тем назвать их в полном смысле экстремистскими будет не совсем точно.

        Поясним свою мысль. Движение скинхедов носит преимущественно стихийный характер, а их действия используют диффузные  формы  насилия: погромы,  драки, избиенияи т.п.  Скинхедовская  агрессивность по своим действиям близка к проявлениям политического экстремизма, но не тождественна ему. Такой точки зрения придерживается  Л.Д.  Гудков. На мой взгляд, автор здесь прав, ибо  как он отмечает, что «отличительная особенность состоит в том, что у скинхедов нет политической организации, внутренней организации. Как только такая появится, мы будем иметь радикальную нацистскую фашистскую или какую-то еще организацию, которая будет использовать насилие».

        Левый экстремизм ориентируется на социаль­ные ценности, на провозглашаемую социальную справедливость и намеревается добиваться их претворения в жизнь путем «классовой борьбы» против «буржуев», «капиталистов», «империалистов», «олигархов» и т.д. Мишенью для экстремизма данного вида являются представители бизнеса, государственные чиновники и сотрудники правоохранительных органов, сотрудничающие с правительством независимые специалисты (экономисты, юристы, журналисты) и т.д. Левый экстремизм активизируется тогда, когда происходит обострение внутренних кризисов. С учетом этого обстоятельства,  важно иметь в виду, что в ближайшие 1-2 года финансово-экономический кризис в России не закончится. Соответственно, неизбежно будет обостряться кризис культурный и политический, создавая новые угрозы и опасности для всплесков обеих видов экстремизма. Не исключается резкая активизация левого экстремизма.

       Именно поэтому важно, в целях усиления работы в обществе по противодействию  экстремизму,  определиться  с вопросом: какая из классических форм экстремизма преобладает, сегодня в российском социуме. Если исходить из реальных фактов и статистических данных, фиксирующие  экстремистские проявления в современном российском обществе, то, они, на мой взгляд, носят преимущественно правый характер.

        Давая общую характеристику экстремизму следует подчеркнуть, что, во-первых, его социальной базой выступают маргинальные слои, представители националистических, религиозных движений, недовольные существующей политической реальностью интеллигенция, молодежь, студенчество, военные. Во-вторых, экстремизм не является четким и единым феноменом. В-третьих, являясь субъективным, термин «экстремизм» не имеет общепринятого определения. В-четвертых, главной чертой экстремизма, по мнению многих уче­ных, является, то, что его положения и выводы резко противо­речат нормам и ценностям, принятым в данном обществе, и идут вразрез с ними. В-пятых, по направленности выделяется экстремизм экономический, политический, националистический, религиозный, экологический, духовный и др.

      Кроме того к  характерным чертам экстремизма можно отнести так называемый «черно-белый взгляд» на мир, то есть категоричное деление всего на «хорошее и плохое», «добро и зло», «кто не с нами – тот против нас» и т.д. Другая выразительная черта экстремизма – призыв к активности и действию, часто к агрессивной деятельности. При этом среди лидеров экстремистских группировок и организаций преобладает мнение, что именно насилие принесет желаемый результат. И самое опасное то, что, согласно, исследованиям ученых, молодежь до 30 лет остается основной силой (75%) внутри экстремистских организа­ций.

       Министр МВД России Р.Г. Нургалиев  в этой связи отмечал, что на сегодняшний день под профилактическим контролем милиции находится около 150 молодежных группировок экстремистской направленности общей численностью до 10 тыс. человек, начиная от футбольных фанатов до хорошо организованных структурированных формирований ультралевой направленности, имеющих  идеологические секторы и боевые отряды.

         В настоящее  время  усиливаются  угрозы, связанные с проявлениями экстремизма политического характера.  

         Важное методологическое значение в противодействии экстремизму имеет его социологическое определение. Так, ученые Института социологии РАН формулируют данный термин следующим образом: «экстремизм, с социологической точки зрения, та цена, которую приходит­ся платить обществу и государству (как главному социальному институту) за несовершенство своих взаимоотношений с общностями, за свою неспособность устанавливать консенсуальные отношения с общностями, за свой эгоизм, выраженное или скрытоестремление подчинить своим государственным инте­ресам интересы общества в целом и отдельных его общностей». Из данного определения видно, что российское общество сейчас находится в промежу­точном социальном состоянии, характеризующейся неустойчивостью общественного развития. Оценивая эту ситуацию, следует  подчеркнуть, что в массовом сознании и поведении накапливается недовольство, которое обостряется на фоне не решенных экономических и социальных проблем. Именно эти тяжелые социально-экономические обстоятельства генерируют напряженность в российском обществе.

        Таким образом,  в результате  названных причин и ряда других, наблюдается опасность еще большего возрастания агрессивности и экстремизма на фоне,  усиливающейся фрустрации и атомизации общества, особенно в  такой ее части как молодежная среда.

         Предотвращение  экстремизма в молодежной среде

         Нарастание проявлений экстремизма  в среде молодежи при отсутствии молодежной политики безгранично опасно для нормального функционирования общества. Надо сказать, что российская молодежь в целом разрознена на молодежные организации. Под свое крыло партия «Единая Россия» взяла молодежную организацию «Наши», в которую вступает «золотая молодежь», в основном из богатых и обеспеченных семей. Партия «Справедливая Россия» формирует свою молодежь, и таким образом действуют все остальные партии. Как видим, власти занимаются собственной политикой, но никак не думая о молодежной политике в целом.

         В этой связи особо подчеркнем, что остро проявляется нетерпимость молодежи, когда происходит деление молодого поколения на «наших» и «ненаших», любимчиков и нелюбимчиков, когда для каждого устанавливаются свои социальные границы. Поэтому первостепенную роль в нашем обществе должна играть социальная политика, более конкретно – молодежная политика, определяющая процессы социализации молодого поколения.  Допускается серьезная ошибка, когда государственные деятели протягивают «политические руки» к молодежи, чтоб расколоть ее и использовать в своих « политических играх». Как результат, молодежь оказывается в водовороте не присущих для ее возраста дел. На неё обрушивается черный пиар, который оболванивает неокрепшие  души детей и подростков. 

         Осуществление на практике вышеописанной «молодежной  политики»  привело к тому, что в  современном российском обществе существуют различные молодежные  организации. Специалисты, занимающиеся проблемами молодежи России, отмечают, что  сегодняшние молодежные организации можно разделить на три категории.  Коротко охарактеризуем каждую из них. Так, например, первая категория является аналогом, точным слепком  «оранжевых» структур типа «Кмары» в Грузии, «Поры» в  Украине и т.д. Они позиционируются вполне определенно, ориентированы на антипрезидентскую оппозицию и финансируются опальными олигархами и западными фондами. К таким организациям относятся  молодежное «Яблоко»,  молодежный СПС, «Гражданская оборона» и ряд других молодежных объединений с деструктивной ориентацией.

       Вторая категория – консервативные молодежные движения. В первую очередь, нашумевшие «Наши». «Наши» – это серьезная стратегия власти для отражения угрозы, с которой аналогичные режимы в СНГ не справились и жестоко за это поплатились. «Наши» – изобретение высшей политической элиты. Об этом свидетельствуют постоянная поддержка со стороны высших государственных чиновников этой молодежной организации. 

        Третья категория – полностью деполитизированная молодежь, которая не может не заметить поднимающегося вокруг нее ажиотажа и постепенно осознает свою ценность и значимость, особенно по контрасту с тем, что еще вчера она  вообще никому не была нужна. Отсюда вполне можно ожидать самых экстравагантных инициатив и неожиданных предложений, которые будут предложены на рынок сетевых молодежных проектов. 

       Как относиться к этому явлению? Конечно, следует понимать, что оно носит в целом совершенно инструментальный характер и в основе его лежит чисто прагматическая задача – добиться конкретного политического результата в конкретной исторической ситуации. Ни властям, ни их оппонентам молодежь сама по себе совершенно не нужна. Но в данной ситуации именно в этом сегменте лежит тот фактор, который способен существенно повлиять на политические процессы в сложнейшей переходной ситуации, где сходятся воедино геополитические закономерности, экономические интересы и смена исторических систем.

       Исходя из сказанного, считаем крайне важным при организации процессов образования и воспитания молодежи, учитывать не только объективные факторы общественной жизни, но и сам тип личности. Следует поэтому обращать внимание и на необходимость учета в воспитательном процессе существующих трудностей социализации молодежи по факту наличия  различных типов личностей.

          Науке и практике с учетом сказанных особенностей известна следующая типология: а) гармонический тип личности. Отношение вокруг такой личности складываются нормальные и толерантные. Действия человека этого типа характеризуются уважительным подходом к институту вла­сти, существующим порядкам в обществе, государственному устройству, а также стремлением к выполнению своих гражданских обязанностей и т.д.; б) гегемонистский тип. Человек этого типа характеризуется резко критическим отноше­нием к любым социальным порядкам, политическим системам, властям, кроме тех, которые предлагают­ся им. Этот тип претендует на особую роль своей собст­венной персоны в общественно-политической жизни общества, в оценке всего происходящего; в) плюралистический тип. Это демо­кратическая личность, которая признает равноправие в обществе, считается с мнением других граждан и готова из­менить свои общественно-политические взгляды, оценки, если оши­бочность их будет доказана; г) конфликтный тип. Он тяготеет к разжиганию противоречий в обществе, коллективе, к созданию различного рода враждующих  группировок  в целях достижения своих интересов и целей; д) конъ­юнктурный тип. У людей этого склада общественно-политические взгляды и поведение всецело зависят от ситуации, к которой человек приспосабливается для обеспечения своих корыстных ин­тересов. Самая отличительная черта этого типа – беспринципность, конформизм, продажность и т.д.

         Следует также процесс образования и воспитания соотносить с существующими мотивами участия личности в частной и общественной жизни. В политологии и социологии имеются теории, изучающие мотивы участия личности в различных сферах жизнедеятельности, знание которых важно учитывать в процессах образования и воспитания.  В целом можно выделить следующие  типы мотиваций: прагматическую; мотивацию, обу­словленную желанием приобщиться к историческому процессу; бескорыстную мотивацию;  групповую мотива­цию и т.д.

          Исходя из сказанного, считаем крайне важным при организации процессов образования, обучения и воспитания молодежи использоватьновые организационные структуры и механизмы работы с молодежью. Однако в настоящее время в российском обществе нет стратегических целей, объединяющей и консолидирующей идеи, которые сплотили  бы не только молодое поколение, но и все слои общества в  целом.   В результате в стране острой научной проблемой обозначилась проблема укрепления социальной безопасности России.

         Обеспечение социальной безопасности

       Становится все более очевидно, что ХХI век должен стать «веком безопасности». И не только для России, находящейся в глубочайшем системном кризисе и в значительной степени не готовой к новым опасностям и угрозам, но и для мира в целом. Выработка механизмов обеспечения национальной и международной безопасности является основой самосохранения. Народ, не создавший надежной системы безопасности, не имеет шансов на выживание в новом веке.

        Острой научной проблемой обозначилась проблема укрепления  социальной безопасности с одновременным формированием чувстваобщенациональной российской идентичности у граждан Российской  Федерации.

       В этой связи важно подчеркнуть, что Россия не сможет стать конкурентоспособной страной, чем-то единым в глобализирующемся мире, если у людей не будет сформировано чувство гражданственности и государственного патриотизма, если ее народ не сплотится вокруг значимых и перспективных целей, достойных великой державы.

         Насколько важна работа по привитию чувства  гражданственности  и сопричастности каждого россиянина к своей стране, истории, традициям и т.д. говорят удручающие факты, отмеченные в отдельных проведенных социологических исследованиях, в  которых отмечаются, чтодаже тема возможного распада России отнюдь не воспринимается многими российским гражданами как ката­строфа. Реакции опрошенных отличает скорее апатия. Они явно не осознают свою гражданскую роль. Подобное относится и к политически нейтральным, и к пассивным, и к ангажированным гражданам.

        Что же касается проблемы «социальной безопасности», то она до сих пор не получила достаточного внимания в отечественных исследованиях. Она еще не стала широ­кой общественной проблемой, не получили должного развития. Практически от­сутствуют исследования социальной безопасности в политологии, не со­всем оправдано отсутствие конфликтологического анализа социальной безопасности. Социальная безопасность рассматривается либо в контексте социального измерения безопасности, либо в контексте социальных последствий экономической безопасности, либо в системе националь­ной безопасности, либо в контек­сте глобализации, либо в контексте положения различных демографических и профессиональных групп населения  в стране и т.д.

        Следует отметить, что проблема социальной безопасности не изучена и с точки зрения социологической теориитогда как только на основе социологических составляющих можно получить достоверные и полные представления о сущности безопасности как социального явления, которые могут быть положены в основание концепции национальной безопасности в виде социологической теории, вопреки представлениям господствующей сегодня «психологической» версии теории безопасности.

         Мне представляется правы те авторы, которые считают, что «психологическая» версия теории безопасности не дает адекватного, полного осознания защищенности интересов субъекта от угроз, и  описание знаний в терминах «угроза», «вызов», «защищенность» - это, по сути,психологическое описание, и что в основу теории безопасности, таким  образом, положено «чувство-оценка» - понятие содержательнопредставляющее собой нагромождение эмоций.  Вместе с тем другие авторы подчеркивают, что «в настоящее время новый импульс приобрела познавательная традиция, признающая важность и самоценность роли эмоций в социальной жизни. Особого внимания социологов удостоены эмоции беспокойства, трево­ги и страха. Предпринимаются попытки не только социологически осмыслить, но и измерить данные явления. Эмпирическое изучение беспокой­ства, тревоги и страха осуществляется в рамках двух подходов: реалистичес­кого, (или объективистского) и конструкционистского».

   Следовательно, для получения полного представления о содержательной стороне понятия «социальная безопасность» большое методологическое значение имеют названные здесь подходы.  

            В заключение, можно сформулировать главные выводы:

     1.В стране стремительно нарастает латентная составляющая социальной напряженности, а внешнее спокойствие и политическая апатия основной массы населения обманчиво.

     2.В российском обществе наблюдается накопление отрицательных эмоций среди граждан, а кажущуюся стабильность в стране не следует принимать за выражение того, что люди смирилась со своей нынешней участью жить в бедственном положении, адаптировались к ней и готовы признать нормой сложившееся положение вещей.

     3. Люди атомизированы: партиям и профсоюзам не верят и не поддерживают их.

    4. Отсутствие внятной молодежной политики отрицательно сказывается на самочувствии молодого поколения россиян: молодежь, в своей основной массе, выглядит крайне аполитично, большинство из них развивается в духе космополитизма и ориентируется на западную систему ценностей, нередко забывая о своих исторических корнях.

   5. Современная российская система образования и обучения  на всех уровнях не занимается вопросами морально-нравственного и культурного воспитания молодежи, формированием таких качеств личности, как патриотизм, веротерпимость, толерантность, чувство товари­щества, а это прямой путь к  развитию социального экстремизма и снижения порога социальной безопасности.

Региональный конфликтный потенциал как угроза стабильного и безопасного развития России

on Четверг, 29 Октябрь 2015. Posted in Статьи и Доклады

А.М. Юнусов. Региональный конфликтный потенциал как угроза  стабильного и безопасного развития России //  Конфликтология для ХХI века: наука-образование-практика: материалы Санкт-Петербургского международного конгресса конфликтологов: В 2т. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та. Т.1. С.529-534.

 

         В последние годы проблемы предотвращения региональных конфликтов и обеспечения безопасности занимают особое место в российском общественно-политическом дискурсе. Эксперты отмечают, что «Россия как страна со сложной этнофедеральной структурой вступила в новый этап регионального строительства России».Это, естественно, ставит актуальные задачи по совершенствованию региональной политики в целях обеспечения бесконфликтного и безопасного развития Федеративного  российского государства.

        В связи со сказанным, следует подчеркнуть, что в настоящее время принимаются усилия по приданию процессам регионализации и федерализации конкретных очертаний, свойственные российскому  обществу. Здесь важно подчеркнуть, что создание Федеральных округов, положительно сказалось в решении многих проблем федерализма и регионализма в России. Но вместе с тем, в какой-то мере  не уменьшило, а даже увеличило конфликтный потенциал российских федеративных отношений, из-за  разного политического и правового статуса субъектов РФ. В силу этих объективных причин состояние современных российских федеративных отношений, можно отметить как конфликтное.

      На наш взгляд, конфликтность в сфере федеративных отношений заключается, прежде всего, в том, что эти отношения конфликтогенны по своей сути. Что мы имеем в виду. Во-первых, уникальность России  по количеству субъектов федерации. В мировой практике федеративных государств, нет такой страны как Российская Федерация, которая включала бы в свой состав восемьдесят три субъекта. Во-вторых, то, что такое многообразие субъектов РФ порождает целый комплекс противоречий и конфликтов. В этом можно убедиться, если мы обратимся к анализуконфликтогенных факторов, проявляющиеся в федеральных округах и  отрицательно влияющие на жизнедеятельность федеративных отношений в современной России.2 При таком подходе выявляются следующие региональные конфликтогенные факторы и опасности. Кратко рассмотрим их по всем семи федеральным округам РФ.

  1. Центральный федеральный окру­г

     В Центральном Федеральном округе в качестве основного конфликтогенного фактора экс­перты называют экономический фактор.При этом они фиксируют новые, не свойственные ранее ЦФО конфликтогенные факторы - в виде этнических конфликтов и обострения между  старожильческим  населением и с  приезжими.

                         2.Северо-Западный федераль­ный округ

       В этом округе  много проблем разви­тия, сходных с проблемами центра России.Северо-Западный федеральный округ в контексте региональ­ной конфликтологии не характеризуется, по мнению большинства экспертов, каким-либо своеобразием. По мнению экспертов именно экономика (с растущим числом мигрантовявляется наиболее конфликтоемкой. Сохраняется существенная база для развития конфликтных процессов в различных направлениях (коррупция, преступность).

3.Южный федеральный  округ

       Южный федеральный округ имеет устойчивый конфликтологический облик как территории высокий этнополитической конфликтности.Это связано с тем, что практически по всем социаль­но-экономическим показателям ЮФО отстает от среднероссийского уровня, а ситуация постконф­ликтного восстановления и урегулирования отли­чает данный округ от всех остальных регионов РФ. При этом важно иметь в виду, что в состав ЮФО входят восемь национальных республик, которые имеют ряд внутренних проблем. Основные наблюдаемые социальные проблемы: бедность, безработица, низкое качество жизни населения.

                            4. Приволжский  федеральный округ

     Отличительной чертой рассматриваемого округа является его полицентричность. На современном этапе в регионе, по утверждению экспертов, не существует ярко выраженных конфликтных ситуаций.Но латентные формы накопления конфликтного потенциала имеют место. В  связи с этимэксперты предлагают следующую иерархию региональных конфликтогенных факторов в округе: на первом месте - экономические проблемы; на втором - внутриполитическая нестабильность; на третьем - миграционное напряжение.Например, профессор В.В.Маркин при ранжировании конфликтогенных факторов, имеющих место в округе связывает с несправедливым подходом в осуществлении региональной властью экономической политики, который в практике вызывает социальную напряженность и недовольство населения.3 Он также справедливо «акцентирует внимание на том факте, что экономическая политика региональных органов власти стала полностью зависимой от федеральных дотаций, которые выде­ляются произвольно и порождают всевозможные коррупцион­ные "откаты" и другие теневые отношения, в том числе криминальные».4

                                  5. Уральский  федеральный  округ

 Этот округ имеет большое разнообра­зие социально-экономических условий регионов, входящих в состав данного округа. Он занимает второе место после Центра по объему валового регионального продукта. В УФО особенно заметны сильнейшие региональные различия экономического развития, округ уникален тем, что большинство входящих в не­го регионов имеют лучшее соотношение душевых доходов и прожиточного минимума по сравнениюсо средним по стране.

 В настоящее время на Урале во многих отношениях спокойная обстановка без явно острых конфликтных признаков.Но, тем не менее,   в регионе складывается новая конфликтогенная пробле­ма, связанная с активизацией религиозных организаций, прежде всего Русской православной церкви.Этот факт со временем можетпривести к нарастанию противоречий между светскими и религиозными институтами, негативно сказаться на межнациональных и межконфессиональных отношениях уральского макрорегиона.

                           6. Сибирский федеральный округ

    Регионы Сибири в последние годы проводят весьма активную социально-эконо­мическую политику, добиваются важных результа­тов в области улучшения качества жизни населения, но, тем не менее, общая социальная ситуации дает тревожную картину.Значимыми конфликтогеннымифакторами для Сиби­ри служат миграционный фактор и существенные различия в социально-экономическом положении субъектов РФ, распо­ложенных на территории СФО.

                             7.  Дальневосточный Федеральный округ

     Самый малонаселенный округ России, занимающем при этом более трети ее территории. В це­лом же проблемы округа весьма остры, Так, например, цена жизни в дальневосточных регионах выше, чем в европейской части РФ. Прожиточный минимум в Центральной России ниже, чем в дальневосточном крае, и этот факт подтверждается официальными данными. Так, если на конец  2008 года прожиточный минимум в Воронежской области равнялся 3тыс. 410 руб., в Ивановской - 3тыс. 459 руб.,  в Рязанской - 3 тыс. 553 руб., в Краснодарском крае – 3 тыс. 678 руб., то в Еврейской автономной области прожиточный минимум дороже почти на 1тыс. руб. или  4 тыс. 484 руб.. в Приморском крае – 4 тыс. 487 руб., в Хабаровском  -  5 тыс. 532 руб.

    В субъектах, входящих в ДФО растет заболеваемость социально значимыми болезнями, низка ожидаемая продолжительность жизни, сокращается численность жителей, как за счет миграционного оттока, так и за счет сверхсмертности. Слабая заселенность территорий - главный конфликтогенный  фактор, проявляющий себя в Дальневосточном  регионе.   Если в целом обратиться  к логике нарастания конфликтного процесса в ДФО с точки зрения экспертов, то они объясняются следующими причинами: отстраненной позицией государства по отношению к региону; слабостью региональных властей в управлении социально-экономическими, политическими и социокультурными процессами. 

      Таким образом, проведенный нами краткий анализ по Федеральным округам Российской Федерации показывает, что, во-первых, федеративные отношения требуют использования конфликтологической парадигмы для своего анализа; во-вторых, каждый конкретный федеративный округ имеет свои не только специфические противоречия, но и общий основный круг противоречий, приводящих к  различным видам конфликтов; в-третьих, использование  конфликтологических методов и подходов способствует разрешению конфликтогенных проблем, естественно, возникающих в сфере федеративных отношений, а также создает прочные методологические основания для разработки эффективных методик и механизмов  в  вопросах обеспечения безопасности России. 

 Нам представляется, с учетом сказанного можно сделать следующие выводы.

      Первый.  Перед современной Россией стоит масса серьезнейших проблем, каждую из которых в большинстве развитых стран сочли бы национальным бедствием. Социальное неравенство достигло угрожающего уровня. Сейчас как никогда раннее, нужна консолидация общества и выработка главных стратегических целей развития российского общества.

    Второй. Сегодня недостаточно лишь уме­ния адекватно реагировать на возникающие угрозы безопасности и стабильности. Устойчивое  развитие России в ре­шающей степени зависит от того, насколько верно мы поймем природу cyществующих уг­роз, своевременно выявим их источники и взаимосвязь, определим и эффективно использу­ем условия сохранения стабильности в обществе.

Третий.В каждом регионе Российской Федерации проблемы обеспечения безопасности носят далеко не абстрактный ха­рактер. Угрозы исходят от того, что каждый из регионов хочет соблюдать свои интересы, так как у каждого региона свои особенности, свои источники угроз и факторы сохране­ния безопасности. Нерешенность и запущенность проблем любого региона способны вызвать цепную реакцию по всем стране и эта тенденция становится все очевид­ней с каждым днем. Об этом свидетельствуетспецифика протекания кризиса,  в различных регионах России. Здесь важно подчеркнуть, что основная нагрузка в этих условиях в решении социальных проблем лежит на региональных властях, которые должны реализовывать мероприятия, обеспечивающие на всей территории страны общенациональные стандарты жизни с уче­том территориальных особенностей условий прожи­вания человека. Однако следует отметить, что в реальной жизни это не так. В качестве примера отметим, как во Владивостоке в силу обозначенной реальности востребована идея регионального патриотизма, который может перерастать в сепаратизм. Есть реальная возможность того, как уже показал Владивосток, что будут возникать региональные патриотизмы не одного региона, а макрорегионов – дальневосточный патриотизм, сибирский патриотизм и так далее. Для Дальнего Востока одна объединяющая  тема уже  есть - новые пошлины на иномарки. Поэтому дальневосточные проблемы могут быть решены только в русле новой, общероссийской политики.

Но вот проблема как в настоящих условиях их решать, если, скажем, мэры городов враждуют с губернаторами областей, даже в пределах одной области? А  у российских граждан на практике оказывается разные права, неодинаковые возможности, в том числе те, что гарантированы законом.

      Четвертый. Потенциально основную угрозу безопасности России несут региональные и локальные конфликты, которые могут в последствии трансформироваться в сепаратизм внутри государства. Особенно, если такого рода противостояния становится мощным инструмен­том политического воздействия в руках региональной бюрократии и криминаладля сохранения и зашиты собственных интересов и зон влияния или изменения в своюпользу.  Как показывает практика, в каждом российском регионе есть два-три человека, которые решают все. Часть из них живут в Москве.

       Пятый.  Специалисты считают, что важное значение имеет структурирование показателей региональной безопасности пофундаментальным сферам ее общественной жизни. Они считают, что уровень безопасности измеряется через защищенность региональной общности от специфического типа рисков, а именно от рисков, способных подорвать ее экономическую, политическую,административно-управленческую социокультурную целостность.

        Шестой. Нужно четко определить теоретическую концепцию региона.  Сейчас такой концепции пока нет, ибо полностью по­менялась смысловая нагруженность по­нятия «регион». Если на протяжении всего советского периода российской истории регион понимался прежде все­го как единый народнохозяйственный комп­лекс страны, характеризующийся определенным экономико-географическим положением, территориально-хозяй­ственным единством и т.д., то к середине 1990-х гг. устанав­ливается достаточно ясное понимание термина «регион» прежде всего как субъекта федерации - со всеми социо­культурными и социополитическими экспликациями, которые заложены в поня­тии «федерация» и «федерализм».

        Разработке теоретической концепции, «региона», призвано  способствовать методологическое применение конфликтологического подхода, который дает возможность различать латентные и актуализированные формы в региональных конфликтах, лучше знать потенциал изучаемых регионов.

          В заключении также хотелось бы подчеркнуть, что изучение  субъектов Российской Федерации с позиций конфликтологического подхода  во многом будет способствовать созданию социальной модели российских регионов.

 

              Примечания

  1.Авксентьев В.А., Дмитриев А.В. Конфликтология: базовые концепты и  региональные модели.  - М.: Альфа-М, 2009. С.5-6; См. также Михайлов B.А. Этноконфессиональный ресурс укрепления российской государственности // Межкультурный и межрелигиозный диалог в целях устойчивого развития: Материалы международной конференции. Москва, Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации, 13-16 сентября 2007 года. -  М.: Изд-во РАГС, 2008; Авксентьев В.А., Григорьева Г.Д., Дмитриев А.В. Региональная конфликтология: экспертное мнение. – М.: Альфа-М, 2007; Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. Выпуск 22 Региональные конфликты: моделирование, мониторинг, менеджмент. Ставрополь: Изд-во СГУ, 2007 и др.

        2.См.:   А.А. Иванченко. Принципы системного развития и особенности России// Центральный институт системного развития государства, бизнеса, человека. М.: 2006. - 24с.; Регионы России: цели, проблемы, достижения // Доклад о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации 2006/2007. М., 2007. С.10-121; Беляева Л.А., Лапин Н.И. Рамка для социокультурного портрета региона // Региональная социология в России. - М.: Экслибрис-Пресс. 2007. С.71-91; Маркин В.В., Нелюбин А.А. Социальное моделирование российских регионов в дискурсе региональной идентификации // Социальные модели регионов России и инновационный фактор их устойчивого развития. Сборник материалов. Издание Совета Федерации. М, 2007. С.140-151.;  Маркин В.В., Нелюбин А.А. Социальное благополучие регионов: преодоление диспропорций в уровне и качестве жизни населения //Основные направления диспропорций социально-экономического развития регионов России. Сборник материалов. Издание Совета Федерации. М, 2008. С. 67-84; Авксентьев В.А., Дмитриев А.В. Конфликтология: базовые концепты и  региональные модели.  - М.: Альфа-М, 2009.- 119с. и др.

    3.В.А. Авксентьев, Г.Д. Гриценко, А.В. Дмитриев. Региональная конфликтология: концепты и российская практика. - М.: Альфа -М, С.92.

        4. Там же. С.95.

Юнусов А.М. Социальная безопасность

on Четверг, 29 Октябрь 2015. Posted in Статьи и Доклады

Юнусов А.М.  Социальная безопасность в социологическом дискурсе //Национальная безопасность. Социальный аспект. Материалы международного научно-практического семинара. - М.: Издание Государственной Думы, 2009.

     Главным предметом наших дискуссий как заявлено в повестке научного семинара является рассмотрение проблем национальной безопасности с учетом социальной направленности, разработки новых механизмов взаимодействия органов государственной власти и общественных объединений в обеспечении национальной безопасности Российской Федерации.

       В этой связи мне хотелось бы подчеркнуть, что Комитет Государственной Думы Российской Федерации по безопасности  и  «Национальный Антикриминальный и Антитеррористический Фонд» своевременно поставили актуальнейшие и злободневные проблемы, по которым научное и экспертное сообщество должно высказать свои новые мнения и суждения по такой сложнейшей проблеме, какой является понятие «Социальная безопасность». Более того я бы сказал так, что четкое и ясное понимание, этого понятия, сегодня, приобретает определяющее значение для выстраивания нашей совместной работы на ближайшую перспективу по своевременному предвидению, предупреждению и парированию, имеющихся и потенциальных угроз в сфере национальных интересов и национальной безопасности  России.

        Однако следует подчеркнуть, что теоретическая осмысленность проблемы социальной безопасности на сегодняшний день остается до конца не изученной  и неопределенной. В литературе справедливо отмечается, что до сих пор эта проблема не получила достаточ­ного внимания в отечественных исследованиях.1 Она еще не стала широ­кой общественной проблемой, не получила должного развития. Исследователи справедливо отмечают, что «основной сложностью анализа социальной безопасности является то, что она находит себя в двух основных аспектах: 1) социальная безопасность как усилия государственных органов в социальной сфере; 2) социальная безопасность, как усилия гражданского общества, направленные на самое себя».2 На мой взгляд,  автор совершенно прав, социальная безопасность не может быть устойчивой и эффективной без сильной роли таких факторов как: государственные органы и гражданское общество. Поскольку роль названных факторов в российском обществе не проявляется в полном объеме своих функций и предначертаний, то и практическая реализация концепции социальной  безопасности России  находится под угрозой. Поэтому обеспечение социальной безопасности России является важнейшей общенациональной задачей.

      Как мне представляется, в настоящее время у российских исследователей, занимающихся изучением проблем национальной безопасности российского социума, появились новые методологически возможности. И эту возможность открывает недавно подписанный Президентом Российской Федерации Д.А.Медведевым Указ - «Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» от 12 мая 2009 г. № 537. Для реализации в жизнь  положений этой стратегии потребуется очень серьезная работа ученых, специалистов и практиков из различных сфер российского общества.  Новым в этом программном документе является то, что в нем получили полное отражение главные, значимые проблемы социальной безопасности  Российской Федерации.

          Другой предпосылкой для мобилизации исследований феномена социальной безопасности выступает статья Президента Российской Федерации Россия, вперед.3  В нейД. А. Медведев приглашает все российское общество, всех граждан России принять активное участие в обсуждении наболевших жизненно важных проблем и высказать свое мнение о текущем моменте в развитии страны с тем, чтобы совместными усилиями определить наиболее уязвимые места в развитии Российской Федерации на ближайшую перспективу.

         Здесь важно подчеркнуть, что  за всю новейшую историю России, впервые, глава государства, четко и конкретно высказал свое видение настоящего и будущего России, выразил истинные чаяния простых людей, определил главные стратегические  направления  развития страны.

        Приглашение принять участие в дискуссии весь российский народ по актуальнейшим вопросам развития страны является поистине беспрецедентным  событием и имеет огромное социальное значение для всего многонационального и поликонфессионального российского общества. А для нас исследователей-аналитиков и большую теоретико-методологическую основу.

         Итак, Президент Российской Федерации четко и ясно сформулировал приоритетные задачи, которые стоят перед российским обществом. Они указывают на то, что если радикальным образом они не получат своего разрешения, то они всегда будут присутствовать как главные угрозы национальной безопасности России в социальной сфере. Делается вывод о том, что осмысление вызовов и угроз безопасности, перед которыми оказалась Россия в настоящее время, ставит вопрос о необходимости существенного пересмотра приоритетов ее политики. Отсюда первостепенное внимание должно уделяться решению внутренних проблем, снятию внутренних причин для конфликтов и  социальной напряженности.

          Таким образом, глава государства  сформулировал и поставил перед  каждым гражданином России конкретные задачи: как и на каком направлении,  они должны решаться. А наша задача теперь, в том, чтобы каждый  с глубоким чувством ответственности  и заинтересованности претворял их в жизнь.С этой точки зрения, считаю,чтоострой научной проблемой требующей безотлагательного решения обозначилась проблема развития социальной безопасности России.

       В настоящее время в результате неблагоприятных социально-экономических и политических факторов в жизни российского социума наблюдается стремительный рост новых угроз и рисковнациональной безопасности. Если говорить по большому счету, то состояние безопасности, по всем её основным видам, (начиная от военной, экономической, социальной, финансовой, продовольственной, духовной и т.д.) находится в неудовлетворительном, критическом состоянии.Такая ситуация опасна тем, что создает  объективные условия для подрыва общественной безопасности в российском обществе.

       Отметим, что в последние годы возникают новые угрозы, способные нанести большой ущерб национальным интересам и национальной безопасности России.В принципе можно составить длинный список потенциальных или реально существующих опасностей и угроз дляразвития и существования Российской Федерации. В этой связи мне хотелось бы, назвать наиболее проявляющиеся конфликтогенные угрозы и вызовы, способные подорвать социальную безопасность, стабильность и устойчивость в российском обществе.  К ним могут быть отнесены следующие: возникающие территориальные споры между Российской Федерацией и рядом приграничных с ней государств; демографический спад населения; обезлюдение многих территорий России;  трансграничная миграция; рост региональных сепаратистских настроений в отдельных субъектах РФ;утрата общероссийской идентичности и др.

        Следует подчеркнуть, что значимость названных угроз и вызовов социальной безопасности современной России с каждым годом возрастает. Самое главное состоит в том, что эти вызовы с каждым годом усложняются и не являются простыми, а поэтому важно не доводить их до того состояния, когда ответить на вызовы адекватно будет уже невозможно. Потому, пока не поздно нужно, на мой взгляд, все имеющиеся социально-экономические, политические, культурные и иные  ресурсы страны направить на решение вышеобозначенных проблем. И начинать нужно сейчас, завтра будет поздно.

        Не имея возможности из-за ограниченности размеров статьи, тезисно остановлюсь на таких проблемных вопросах, как сбережение российского народа и его территории, миграция, проявляющиеся сепаратистские настроения  в РФ, и несколько подробнее, на таком опасномнегативном явлении каким является утрата общероссийской идентичности.

          Так, если в указанной последовательности высказать свои суждения то, на мой взгляд, главной задачей является защита, сбережение не только российского народа, но и существующих территориальных границ РФ. Это непреклонная закономерность, ибо население и территория являются основными составляющими любого государства. Поэтому эффективно охранять и беречь свое население и пространство в его естественных границах сейчас выступает как первейшая жизненная задача государства и серьезная  проверка жизнеспособности властных структур России.

       В контексте сказанного вызывают тревогу депопуляционные процессы и сокращение российского населения, особенно славянского.Население России  по подсчетам демографов ежегодно уменьшается на 700-900 тыс. человек. Так, с 1992 года по 2005 год естественная убыль населения России состави­ла 11,2 млн человек.4Здесь, кстати будет сказано, что существенное сокращение численности народа всегда считалось признаком болезни государства. При такой демографической ситуации страна через несколько десятилетий вряд ли будет в состоянии обеспечивать себя трудовыми ресурсами, осваивать огромную территорию, защищать свои границы. Именно поэтому  нельзя  не согласиться с мнением, в котором отмечается, что «только повышение рождаемости и снижение смертности могут обеспечить демографическую, а тем самым национальную безопасность России».5

          В современной России, названные негативные процессы принимают катастрофические размеры. А ведь  ведущие российские социологи  еще в конце 90-х годов прошлого века предупреждали о признаках углубляющегося разрыва между тонким слоем богатых и нищающим большинством общества и подчеркивали, что  в росте социальной поляризации нельзя не видеть признака социальной деградации, которая неизбежно приводит основные массы населения к физиологической дегра­дации, несет угрозу генофонду нации, порождаетунылость, угасание преемственности культурных ценностей6 и т.д.

     Высказанные в этих и других исследованиях прогнозы ученых, подтверждаются результатами последних научных разработок Института социологии РАН (2005-2009гг),7 в которых фиксируют рост недовольства россиян повседневной ситуацией в социальной сфере, которые трансформируются в устойчивые страхи за свою безопасность.Наиболее концентрировано они изложены  в аналитическом докладе Чего опасаются Россияне?8 Как видно из приведенных выше констатаций все последние годы в государственной политике России игнорировались научно обоснованные выводы специалистов в решении важнейших вопросов в социальной сфере, в необходимости «создания институциональной структуры, обеспечивающей справедливость социальной конкуренции и не допускающей создания избыточных преимуществ одних групп населения по отношению кдругим».9 

      Таким образом, одним из наиглавнейших факторов обеспечения социальной безопасности нашей страны в настоящее время являетсядемографический фактор. Следовательно, национальные приоритеты должны формироваться на длительную перспективу в соответствии со стратегическими целями, стоящими пред государством и обществом. Они должны отражать базовые интересы большинства населения страны. Представляется, что для России стратегическими являются две цели: 1. Сохранение народа, а именно преодоление тенденции пересечения кривых рождаемости и смертности, указывающие на начало депопуляции. 2. Сохранение суверенитета и целостности многонационального и многоконфессионального российского государства.10 Следовательно,только повышение рождаемости и снижение смертности могут обеспечить демографическую, а тем самым национальную безопасность России.

      В этой связи встает вопрос, как решать эти корневые  проблемы?  Мне представляется, что одним из эффективных и реальных путей на ближайшую перспективу могли бы быть, активные действия руководства страны по переселению соотечественников, проживающих как в дальнем зарубежье, так и в странах СНГ.Настоящим прорывом могло бы стать принятие законодательных актов, позволяющих конвертировать статус соотечественника в российское гражданство. Естественно это облегчило бы переселение части соотечествен­ников и привлекло бы в Россию квалифицированную русскоязычную рабочую силу, компенсировав снижение численностинаселения.Грамотно  организованная работа в данном направлении могла бы способствовать решению долговременных стратегических задач по освоению на только слабозаселенных территорий Дальнего Востока, Сибири, но и заброшенных земель Центральной России.Без этого Россия не сможет преодолеть демографический кризис.

         Руководство страны должно, активно заняться процессами переселения. Наконец-то, должно быть преодолено несоответствие между целями, которые ставят руководящие органы государства, и конечными результата­ми их деятельности. Однако результаты, пока на практике, оказываются противополож­ными провозглашенным целям. Продолжается массовый исход населения из северных, восточных и особенно приграничных районов страны, что ведет к сокращению его численности на этих территориях, богатых сырьевыми ресурсами.

       Другой актуальной проблемой является обеспечение безопасности в сфере федеративных отношений, которые конфликтогенны по своей сути. Что я имею в виду. Во-первых, уникальность России  по количеству субъектов федерации. В мировой практике федеративных государств, нет такой страны, как Российская Федерация, которая включала бы в свой состав восемьдесят три субъекта.  Во-вторых, то, что такое многообразие субъектов РФ порождает целый комплекс противоречий и конфликтов. В этом можно убедиться, если мы обратимся к анализу разновекторных  конфликтогенных факторов, проявляющиеся в Федеральных округах и отрицательно влияющие на жизнедеятельность федеративных отношений в современной России.11 При таком подходе выявляются следующие региональные конфликтогенные факторы и опасности, как возможность проявлений сепаратизма и  излишней регионализации. Не исключена возможность распространения кавказского синдрома на всю Россию через Татарстан и Башкирию, вплоть до Якутии и Тувы.Во избежание нежелательных социальных потрясений, как справедливо отмечает профессор B.А.Михайлов важное значение имеет, то «чтобы Россия развивалась как подлинная федерация. Новыйроссийский федерализм только и способен дать простор развитию духовного и материального богатства всех народов, благотворному диалогу религий, цивилизаций и культур…»12

       Что же касается проблемы самоидентификации граждан в социально- политическом пространстве России, то здесь выявляется много проблем, отрицательно влияющих в плане  обеспечения социальной безопасности российского социума. Основанием для такого вывода может послужить проведенный в декабре 2008 года экспертный опрос, Научно-экспертным советом при Председателе Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации и Центром региональной социологии и конфликтологии Института социологии РАН.13 Проведенное исследование показало, что в России обостряется  проблема  идентичности и за отсутствия стратегических целей развития российского общества, объединяющей и консолидирующей идеи. Острыми научными проблемами обозначились: проблема развития социальной безопасности России, обретения национальной идентичности российского социума, социологии региональной безопасности.

         Необходимо констатировать, что в настоящее время в российском обществе нет системы идей, идеологии, которая сплотила бы общество. В результате Россия стала страной глубоких экономических, политических и духовных конфликтов.Все это указывает на то, чтосовременное развивающееся российское общество нуждается в воспроизведении собственной идентичности и устойчивости точно так же, как и в инновационном развитии.  Именно недооценка одного из векторов развития приводит к росту рисков, чреватых кризисами и социокультурными разло­мами.

       При этом следует подчеркнуть, что сложная, ассмитричная  конфигурация РФ затрудняет процесс самоидентификации его жителей. Регионы России характеризуются исключительной разноликостью, цивилизационным разнообразием, значительным различием в уровнях экономического, политического, культурного развития. Эти особенности создают предпосылки для формирования устойчивой многопо­лярности, выражающейся в конкретной политической практике «локализационных» процессов. Сказанное достаточно убедительно раскрываются в двух аналитических материалах: в Докладе о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации в 2006-2007 гг.14 и в конфликтологическом обзоре  облика регионов России.15

       В первом, приведенном нами источнике отмечается, что многочисленными исследовани­ями доказано, что в России уже сформировалисьтребующие преодоления отрицательные тенденции воздействия неравенства регионального развития на формирование и использование человеческогопотенциала. Во втором же подчеркивается большая проделанная экспертная работа по выявлению  конфликтогенных факторов в Фе­деральных округах РФ. Эти два аналитических материала и другие социологические, политологические и конфликтологические исследования показывают, что во всех семи Федеральных округах РФ имеются свои специфические различия, обусловленные географическими, экономическими, социальными, культурными и административными условиями и во многом отличаются друг от друга по многим параметрам.

       Сравнительный анализ региональных и общероссийских данных указывает на то, что степень социального оптимизма и удовлетворенность жизнью российских граждан и уровень социальных рисков или степень защищенности от социальных опасностей и уровень самостоятельности людей в решении своих жизненных проблем (доходы, жилье, образование, здоровье, массово-культурная жизнь) очень низки. Они наиболее зримы при рассмотрении конкретных характеристик Дальневосточного федерального окру­га. 

       Так, например, ответы полученные от экспертов из Хабаровского края,  остро отражают проблемы, связанные с реализацией возможной сопричастности  хабаровчан  к единому социальному пространству страны. Они  справедливо ставят вопрос  - если нет возможности побывать в своей столице и в других регионах центральной России, то нет и чувства такой сопричастности. И далее в ответе говориться на Дальнем Востоке нет Петергофа, Третьяковки, Большого театра и др. Следовательно, население чувствует оторванность и в духовно-культурном плане.

       А из г. Комсомольск – на - Амуре на  вопрос -  «В чем проявляется оторванность регионов Дальнего Востока от Центральной России»? - дали такие ответы: отсутствием сопричастности к культурному наследию России; значительным разрывом в уровне жизни различных слоев населения дальневосточников и центральных регионов России и т.д.

       Схожие проблемы называют и жители  Сахалинской областиНо вместе  стем, эксперты приводят и такие мнения сахалинцев, в которых наиболее  концентрированно выражены основные социальные недовольства жителей ДВФО. В первую очередь это связано с тем, что Сахалинская область располагается на 59 островах и отсутствуют условия для свободного перемещения из-за отсутствия прямого железнодорожного сообщения, высокими  тарифами на электрическую и тепловую энергию и т.д.

 Следует особо подчеркнуть, что подобное социальное состояние не должно присутствовать ни в какой территориальной части российского общества. Однако, оно существует и об этом с тревогой пишут ученые  Дальнего Востока: «в современных условиях мы не можем говорить о российском Дальнем Востоке как о едином политическом регионе…в регионе уже вы­росло целое поколение россиян, видевших Москву и Санкт-Петербург только в виде телевизионной или интернет-картинки. Все это означает нарастание морально-психологического отчуждения населения региона от той подав­ляющей части россиян, которая проживает в европейской части страны»,16а в другой статье, опубликованной на Чукотке в журнале (region 87) отмечается, что «в книжных магазинах Хабаровска выставлены русско-китайские, русско-японские, русско-корейские разговор­ники на любых носителях. А в гостини­це надпись японской азбукой «Фитунесубару» («Фитнес-бар») броса­ется в глаза прежде, чем русскоязычное пояснение к ней. Многие дети 1990-х, регулярно бывая в Китае, никогда не видели Москвы и Петербурга».17

         Безусловно, при таком общем ухудшении социокультурной ситуации не может, не обостряется проблема  российской идентичности. Начинают возникать феномены новых идентичностей, причем не, только региональных. Особенно острым становится вопрос об идентичности во время кризисов, когда перед социумом, нацией, индивидом встают такие острые жизненные проблемы, соотносящееся с такими социальными понятиями как, кто «Я»? или кто «Мы»? »Свое» и «Чужое» т.д., актуализируя вопрос об идентичности и гражданственности. Решение этой проблемы предполагает разработку новых теоретических подходов и новых механизмов практической реализации социальной безопасности российского общества. Поэтому, если среди российских граждан не будет целенаправленно вестись работа по формированию чувств гражданственности и государственного патриотизма, перспективных целей, достойных великой державы, то будет нанесен огромный ущерб, прежде всего национальной безопасности РФ.

         В заключение, хотелось бы высказать несколько обобщающих суждений:

     1.Сейчас, как никогда раннее, нужна консолидация общества в выработке главных стратегических целей развития российского общества. В этих целях необходимо воссоздать утерянный в ходе реформирования институт стратегического планирования развития страны, ускорить создание отчетливой, и главное, – общепризнанной программы этого развития, основанной на общих для  всех  россиян ценностей и  идеологии -  как основы выживания российского народа.

     2. Фундаментальными ценностями этой программы должны стать ценности характерные для российского менталитета, способствующие формированию чувств общенациональной российской идентичности у граждан Российской  Федерации. Сегодня стало очевидным, что без этого невозможно единство экономической, социальной, политической и социо­культурной трансформации в российском обществе.

     3.При определении  приоритетов стратегического планированияруководство страны должно а) обратить особое внимание в общероссийской политике вопросам преодоления демографического кризиса, переселенческой программе и проблемам сохранения территории РФ. б) осуществить критическое, научное и социально-политическое обобщение всех тех деформаций и негативных явлений в национальных и межнациональных отношениях, которые имели место в прошлые годы, и нередко проявляющихся и теперь. Провести их научную экспертизу с последующей систематизацией, в целях выработки управленческих решений по локализации возможных рисков обострения межнациональной и межконфессиональной напряженности в российском обществе.  Данную работу можно было бы успешно провести усилиями, вновь воссозданным Министерством по делам национальностей Российской Федерации.

  Примечания

1. См.: Г.Г. Газимагамедов, С.В.Рац. Стуктурные элементы социальной безопасности в современной России // Конфликтология – теория и практика. Санкт-Петербург. 2004 №2 (3); Лига М.Б. Социальная безопасность как условие совершенствования качества жизни // Муниципальный мир. Научно-аналитический журнал. 2007.№ 3-4 и др.

2. Сунами А.Н. Наркоконфликтология как методология анализа социальной безопасности //Конфликтология для ХХI века: наука-образование-практика: Материалы Санкт-Петербургского международного Конгресса конфликтологов: В 2т. Т.2. – СПб.: Изд-во С. Петерб. ун-та, 2009. С.171.

3.Дмитрий Медведев: Россия,  вперед! Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра..

4.Жиромская В.Б.. Демографическая безопасность как часть национальной безопасности России//Глобализация и терроризм: противоречия и угрозы ХХI века. Статьи и доклады Международной конференции. Москва 13-15 мая 2008 г. М.:РГГУ, 2008.  С.395.

5. Там же. С.401.

6. Руткевич М.Н. Процессы социальной деградации в российском обществе//  Социологические исследования.1998. №6. С. 6.; ГригасРомуальдас. Контуры социологической концепции полей социальных напряженностей// Социологические исследования. 2004. №  5,  С.34.

7. См.: Россия реформирующаяся. Ежегодник / Отв. ред. М.К. Горшков. – Вып.6. –М.: Институт социологии РАН, 2007; Россия реформирующаяся. Ежегодник / Отв. ред. М.К. Горшков. – Вып.7. – М.: Институт социологии РАН, 2008; Социальные неравенства и социальная политика в современной России / Отв. ред. М.К. Горшков, Н.Е. Тихонова. Ин-т социологии РАН. – М.: Наука, 2008.

8. Чего опасаются Россияне? Аналитический доклад. Институт социологии РАН. М. 2008.

9.Шевяков А.Ю., Кирута А.Я. Избыточное неравенство, социально-экономическая поляризация общества и государственная политика // Россия в глобализирующимся мире: Политико-экономические очерки / Отв. Ред. ак. Д.С. Львов.  М.: Наука. 2004.  С. 687.

10. Кузнецов О.Л. Участие РАЕН в выборе и реализации национальных приоритетов // Вестник Российской академии естественных наук. 2007. Т. 7. № 1. С. 3.

11.Юнусов А.М. Региональный конфликтный потенциал как угроза  стабильного и безопасного развития России //  Конфликтология для ХХI века: наука-образование-практика: материалы Санкт-Петербургского международного конгресса конфликтологов: В 2т. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та. Т.1. С.529-534. Он же. Обеспечение безопасности Дальневосточного региона России: геостратегический аспект // Дальневосточный регион в социально-политическом пространстве России: проблемы и пути их решения. Сборник материалов. Научно-экспертный совет при Председателе Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Сборник материалов. – М.: Издание Совета Федерации, 2009. С.94-101.

12.Михайлов B.А. Этноконфессиональный ресурс укрепления российской государственности // Межкультурный и межрелигиозный диалог в целях устойчивого развития: Материалы международной конференции. Москва, Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации, 13-16 сентября 2007 года / Под общ. Ред.В.К. Егорова. –  М.: Изд-во РАГС, 2008. С.333.

13.См.: Дальневосточный регион в социально-политическом пространстве России: проблемы и пути их решения. Сборник материалов. Издание Совета Федерации. М.: 2009.

14.Регионы России: цели, проблемы, достижения // Доклад о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации 2006/2007. М., 2007. С.9-13.

15. Авксентьев В.А. Дмитриев А.В. Конфликтология: базовые концепты и региональные модели. – М.: Альфа – М.: 2009.С.69-76.

16. Шинковский М.Ю., Волынчук А.Б. Геополитическое управление России на Дальнем Востоке: Каким быть решению? // Россия и современный мир. 2008. №4(61).С.158.

17. Столбовой Роман.. Ход слоном. // region 87 . Ежеквартальный журнал о возможном чуде. 2008. № 2 (6). С.43.

Go to top